Дикая семга в реках Кольского полуострова гибнет от малоизученного и неопасного для человека заболевания — ульцеративного дермального некроза, ветеринары просят рыбаков информировать их в случае обнаружения рыбы с признаками болезни, сообщил в понедельник на оперативном совещании председатель комитета по ветеринарии Мурманской области Алексей Касаткин. 

Он сообщил, что еще в 2015 году у семги был диагностирован ульцеративный дермальный некроз кожи лососевых (УДН). Это малоизученное заболевание для человека не опасно и поражает только дикую семгу. Методов лечения рыбы от УДН не существует.

"На рыбоучетном заграждении реки Кола учтено прохождение 2327 экземпляров семги, из которых с признаками ульцеративного дермального некроза выявлено 463 экземпляра, или 20 процентов. К усугубляющим ситуацию факторам относятся большое количество травмированной рыбы браконьерскими орудиями лова и повышение температуры воды", — отметил Касаткин. У ветеринаров до сих пор нет точного ответа на вопрос, как именно происходит заражение. Рыба заражается в результате контакта либо в результате вертикальной передачи через икру, полагают ученые. Подобные случаи выявлены в Финляндии и Швеции.

"Можно точно утверждать, что семга из наших холодных вод обладает лучшими вкусовыми качествами по сравнению со своими собратьями, выращенными в садках в более теплой воде даже при почасовом питании", — отметила доктор биологических наук профессор Нонна Журавлева.

Чтобы избежать потерь, на норвежских фермах используют двойные садки, огораживают выход в море на случай штормов. Для товарного выращивания в качестве посадочного материала используют специально полученные стерильные особи, которые не смогут принять участие в дальнейшем воспроизводстве. Однако защита все равно не стопроцентна. "Сотни тысяч беглецов с садковых ферм (Норвегии) оказали очень серьезное влияние на благополучие, прежде всего нерестилище диких популяций атлантического лосося в реках России", — сказал утверждает профессор Геннадий Матишов.

По словам Журавлевой, в Норвегии уже изучают вопрос, куда уходит рыба. "Чтобы узнать, сколько конкретно рыб может заходить в реки европейского Севера и в какие, нужны экспедиции, привлечение специалистов-генетиков, электронное мечение выращиваемых рыб", — отметила она.